Молчанию...

3/5/2017
Не всегда я многословен и разговорчив, но без возможности выражения мыслей, эмоций и всякой осатльной всячины, по средствам глосовых связок, скучновато, да и вообще как-то не по себе...
Уже я много размышлял о природе звука, о источниках, о силе и значимости его для нас, людей. Тут речь идет не о чистотах и амплитудах звуковой волны, не о герцах и децибелах, а о чем-то куда более глубоком, морально-психологически значимом.
Так вот уже пошли шестые сутки того, как мне скучновато и не по себе. Тому виной мое вынужденное молчание.
По воле случая сложилось так, что наряду с диким сухим кашлем и мучительным насморком, соизволил в неизвестном направлении улетучиться мой единственный, и потому, драгоценный голос. В утишение пришлось лелеять оставшееся - убогое, змеиное шипение.
Нашлись и те, кому моя, очень надеюсь, что временная, неполноценнность показалась забавной. Зная о моей слабости к спорам, дискуссиям и балтологии, любимые родители с неистовым азартом и хитрющими выражениями лиц, как будто ненароком, подкидывали разнообразные темы, будоражащие мое сознание.
Пожалуй стоит восхищаться их сообразительности и глубочайшему чувству юмора.
Тут конечно же нет сомнения в том, что забавлялись они столь изощренным способом отнюдь не со зла, а икслючительно из благих побуждений.
Пологаю, что данная, столь экстраординарная метода по профилактике моих болезненно-угрюмых умонастроений оказалась плодом совместной деятельности двух великих умов. Мамин пятнадцатилетний психолого-педагогический опыт и папино умение находить самые неожиданные решения любого рода проблем и задач, в сумме и составили эту столь чудесную, юмористичеки-термоядерную смесь. Но не смотря на мое глубокое почтение к этой двусмысленной заботе и стараниям родных доброжелателей, данные акты психотерапии, к удивлению шутников, лишь вводили меня в безвыходный ступор.
При каждой моей попытке немедля выразить свое мнение на какую-либо очередную проблему, голосовые связки отказывались в положенной мере вибрировать, безмятежно пропуская воздух мимо себя. Вместо слов и составляющих их звуков из моего нутра вырывался сухой, черствый скрежет. На лицах юмористов скромно выступали как будто бы удивленные улыбки. Желанию дискутировать приходил конец.
Самому по себе молчанию, осознанному, намеренному, добровольному, оказанно множество почестей в виде глубокоуважительных высказываний в его адрес, афоризмов, пословиц. Конфуций видел верного и надежного друга в молчании, который никогда не изменит. Ли Якокка сожалел, что не существует школ, где учили бы слушать, молчать.
Я лишь пришел к выводу, что промолчать могу на существенно больщее колличество тем, чем количество тем, на которые мог бы по существу сказать. Молчание дорого, часто оно повышает нашу производительность труда, иногда помагает нам не выглядеть глупо. Оно порождает мое желаниее фантазировать, воображать, писать, набирать текст...
Вот как уже на протяжении пяти дней и ночей по неволе приходится воздерживаться от выражения чего-либо в форме устной речи. Здесь всплывает благодарность и признательность историческому возникновению письменности, научно-техническому прогрессу, развитию интернет индустрии и её доступности. Такие средства как icq, ЖЖ и остальные i-сервисы, конечно же не могут в полной мере заменить непосредственного, языкового общения, они не передают полноты ощущений при возможности визуального, тактильного контакта, но все же позволяют поддерживать оперативную, быструю связь и обмен информацией, при желании, хоть со всем миром. Это, без приувеличения, безумно радует!
И еще один положительный момент, елси он таков: в случае того, коль я даже сойду с ума, то не получится вполныый голос разговаривать с самим собой.
Изощрения родных в попытках заставить меня говорить и обламываться со временем потеряли смысл. Мама с папой, да еще и брат стали усердно мне сочувствовать и выдумвать всяческие невероятные рецепты восстановления моей способности издавать звонкие и глухи звуки - то было и молоко с перцем, медом, и разнообразные травяные отвары, и натирания меня какими-то там эфирными маслами. Все попытки хоть какого-то стоящего результата не принесли. Я все еще покорно молчу. Уже привык к этому и не чувствую себя обделенным, за исключением таких моментов, как телефонный звонок. Попробуйте представить, каково это, сквозь помехи и нежелание собеседника сосредоточиться, прислушаться, попытаться ему объяснить в чем причина моего шепотливого голоса! Услышав шипение и хрипение, собеседник в первую же очередь решает, что я чем-то сильно занят и не могу разговаривать ввиду обстоятельств каких-то более сеюминутных, чем чертовски сильная простуда. Он решительно восклицает: Ох! Я тебе перезвоню позже! . Бросает трубку... По прошедствии неопределенного отрезка времени снова оживает телефон. И так безконечно! Хочется кричать матом, но увы...

В молчании есть свои прелести, но всему ДОЛЖЕН БЫТЬ СВОЙ РАЗУМНЫЙ ПРЕЕЕЕДЕЕЕЕЕЛЛ!

Оставить комментарий

Емейл не публикуется. Обязательные поля помечены символом *